Путь Бориса Петровича Свешникова в искусстве — пример трагической целостности, где биографический разлом стал не препятствием, а истоком уникального художественного языка. В 1946 году студент Московского института прикладного и декоративного искусства был арестован по обвинению в «антисоветской пропаганде». Следующие восемь лет, проведенные в Ухтижемлаге и лагпункте Ветлосян, стали для него пограничной ситуацией — на грани жизни и смерти. Чудом выжить и сохранить «святой огонь искусства» ему позволило назначение ночным сторожем при деревообделочном цехе с художественной мастерской. Именно там, тайком, каллиграфически точным штрихом рождался знаменитый цикл работ «Лагерная сюита».
После реабилитации в 1956 году Свешников органично вписался в круг нонконформистов, но его живопись всегда стояла особняком, избегая прямолинейного диссидентства или социального критицизма. Показательно, что, зарабатывая на жизнь иллюстрированием Гофмана, Андерсена и братьев Гримм для Гослитиздата, он не изменял своему методу, а находил в европейской сказке созвучные собственной «гофманиаде» мотивы. Как точно подметил его товарищ по лагерной бригаде Лев Кропивницкий, Свешников был «единственным, кому не пришлось делать поворота в своем творчестве». Уже в 1958 году, вступив в Союз художников, он впервые экспонировал свои работы на выставке «ЭКСПО-58» в Брюсселе — важный шаг к международному признанию, за которым последовали выставки в Лугано, Бохуме и Париже. В 1960-е его техника трансформируется: от реалистичных лагерных зарисовок он переходит к своеобразной «цветовой паутинке» — вибрирующей мозаике из мелких мазков. Сегодня работы Свешникова, сочетающие изысканное мастерство и трагическое видение, можно найти в Государственной Третьяковской галерее и Московском музее современного искусства, в крупнейших зарубежных собраниях: от Центра Помпиду в Париже до Музея Циммерли при университете Рутгерса в США, что окончательно закрепляет за ним статус одного из самых пронзительных мистиков и романтиков «неофициального» искусства.
После реабилитации в 1956 году Свешников органично вписался в круг нонконформистов, но его живопись всегда стояла особняком, избегая прямолинейного диссидентства или социального критицизма. Показательно, что, зарабатывая на жизнь иллюстрированием Гофмана, Андерсена и братьев Гримм для Гослитиздата, он не изменял своему методу, а находил в европейской сказке созвучные собственной «гофманиаде» мотивы. Как точно подметил его товарищ по лагерной бригаде Лев Кропивницкий, Свешников был «единственным, кому не пришлось делать поворота в своем творчестве». Уже в 1958 году, вступив в Союз художников, он впервые экспонировал свои работы на выставке «ЭКСПО-58» в Брюсселе — важный шаг к международному признанию, за которым последовали выставки в Лугано, Бохуме и Париже. В 1960-е его техника трансформируется: от реалистичных лагерных зарисовок он переходит к своеобразной «цветовой паутинке» — вибрирующей мозаике из мелких мазков. Сегодня работы Свешникова, сочетающие изысканное мастерство и трагическое видение, можно найти в Государственной Третьяковской галерее и Московском музее современного искусства, в крупнейших зарубежных собраниях: от Центра Помпиду в Париже до Музея Циммерли при университете Рутгерса в США, что окончательно закрепляет за ним статус одного из самых пронзительных мистиков и романтиков «неофициального» искусства.
Борис Петрович Свешников
Свешников Борис Петрович
1.02.1927 — 6.10.1998г.
Работы автора